Прощальную вечеринку уезжающего в Японию Роба прерывает громогласный рык — нечто напало на Нью-Йорк, сея панику, разрушения и пожирая людей. Армия бессильна против гигантского монстра, Манхэттен объявлен закрытой зоной, но где-то неподалеку от Центрального парка в беду попала девушка Роба.

Знаете ли вы, что…

В рамках промо-кампании проекта были подготовлены фиктивные выпуски новостей о крушении буровой платформы «Чуай» в 7 вариантах — на итальянском, немецком, испанском, японском, французском, английском и русском языках.

Оригинальное название проекта («Кловерфилд») фактически является лишь кодовым именем картины. Именно так называется бульвар в городе Санта-Моника, где располагались офисы студии Bad Robot во время производства картины.

Производство самой картины началось уже после того, как зрителям был показан тизерный вариант ролика. Съемки проводились в Лос-Анджелесе и Нью-Йорке — съемки в Лос-Анджелесе проходили под кодовым фейк-названием «Slusho», а в Нью-Йорке — под фейк-названием «Cheese». На съемки в Нью-Йорке потребовалось 33 дня — с 7 июля по 8 августа 2007 года.

В начале фильма на мгновение появляется логотип Дхарма (являющийся центральным в сериале «Остаться в живых» (2004-2010)).

Фильм был снят за 34 дня.

Фильм начинается и заканчивается в 6:42 утра (это говорит сам оператор и это время указано на экране).

На вечеринке в честь проводов Роба, у его брата Джейсона мы можем увидеть футболку с надписью «Slusho», что являлось кодовым фейк-названием фильма.

В конце фильма Роб говорит число и день недели — 23 мая, суббота. Эта дата выпадает на 2009 год.

До самого второго тура кинопроб Лиззи Каплан (она сыграла Марлену) была уверена, что ей предстоят съёмки в каком-то романтическом фильме. Именно перед вторым туром кинопроб ей дали прочесть одну из сцен будущего фильма, когда она и узнала, что это будет фильм ужасов, и что актёрам не выдают сценарий, пока их не утвердили на одну из ролей в будущем фильме.

Продолжительность фильма без титров составляет порядка 80 минут, что примерно соответствует длительности кассет видеокамер.

Во время первых показов фильма во многих кинотеатрах были вывешены предупреждения о том, что изображения с ручной видеокамеры могут вызывать у зрителей тошноту и головокружение.

Некоторые сцены фильма снимали сами актёры.

В период репетиций режиссёр Мэтт Ривз сообщил занятым в фильме актёрам, что самое главное для них теперь – это узнать друг друга получше и по возможности подружиться, чтобы в кадре их взаимоотношения выглядели естественными.

По словам Энни Померанц (она была продюсером визуальных эффектов), в сцене с «паразитами» в туннеле метро использовались куклы. Вскоре, однако, выяснилось, что необходимо использование ещё и компьютерной графики. Режиссёр Мэтт Ривз назвал сцены с куклами «идиотскими».

Когда во время съёмок что-то случалось с оператором, каким-то другим участником съёмочной группы или с актёром ТиДжеем Миллером (он играл Хадсона), это вставляли в картину ради реалистичности. В сцене бегства толпы от моста и падения Хадсона проводивший съёмку оператор Майк Бонвилейн в действительности упал. Некоторые операторы в аналогичных обстоятельствах получили травмы.

Начальные сцены вечеринки снимали без музыки, а приглашённые на заднем плане только притворялись, что общаются друг с другом. Музыку в кадр добавили в процессе постпроизводства.

Во время съёмок в Лос-Анджелесе к постановщику Мартину Уисту обратились представители одного из спонсоров фильма, компании Sephora (основана в 1970 году, владеет сетью парфюмерно-косметических магазинов), и велели один из бутафорских магазинов на улице сделать их торговой точкой. Жители окрестных домов были так рады, что у них поблизости открывается магазин Sephora, что у кинематографистов не хватило духу на то, чтобы им всё разъяснить.

Сцену на Кони-Айленде снимали на натуре. Роба и Бет (Майкла Сталь-Дэвида и Одетт Эннэйбл, соответственно) на поезде действительно снимали, когда актёры находились в поезде по пути на Кони-Айленд. На поезде было отснято несколько часов материала, а использовали всего секунду.

Продюсер Джей Джей Абрамс предложил режиссёру Мэтту Ривзу взять с собой несколько человек и отправиться на съёмки в Нью-Йорк, где и снимать скрытой камерой, не запрашивая на то разрешения у властей и не извещая о съёмках прохожих. Абрамс и Ривз решили, что если на натуре в Нью-Йорке будет снято достаточно много материала, публика не заметит использование в некоторых случаях зелёного экрана при создании фонов. Изначально планировалось снимать на улицах Нью-Йорка в течение только двух дней, но продюсерам удалось изменить съёмочный график таким образом, чтобы выделить на съёмки в Нью-Йорке целую неделю. Именно поэтому многие сцены действительно снимали на натуре в Нью-Йорке.

Сценарист Дрю Годдард и режиссёр Мэтт Ривз понимали, что им придётся как-то обосновать спуск героев в подземные туннели. Однажды Ривз увидел съёмки ночного боя подразделения американской армии в Ираке. Драматизм ситуации вперемешку с яростью боестолкновения и всеобщим смятением привели к сцене, в которой уличный бой между солдатами и чудовищем вынуждает героев искать спасения в метро. Сцены уличного боя снимали не в Нью-Йорке, а на съёмочных площадках и в студийных павильонах в Лос-Анджелесе.

Одной из причин отсутствия в фильме детей и стариков являлось то, что чудовище напало ночью, когда дети и старики уже, как правило, находятся дома. Что касается детей, то у авторов фильма были ещё некоторые соображения:

Детей-актёров нельзя было снимать ночью из-за правил, регулирующих съёмку детей.

Дети более подвержены тому, чтобы раскрыть конфиденциальную информацию.

Безопасность детей требует дополнительных усилий и, следовательно, расходов.

Присутствие на съёмочной площадке несовершеннолетних актёров неизменно требует дополнительных разрешений.

Зрителям в США не нравится, когда дети по сюжету страдают.

Вообще-то, и дети, и старики в фильме присутствуют – зрители видят старика в сцене, когда на землю падает голова Статуи свободы, а в начале фильма слышен плач младенца.

Рельсы в подземном туннеле были проложены не на очень большое расстояние, так что актёрам в соответствующих сценах приходилось идти сначала в одну сторону, а затем, развернувшись, в другую, чтобы у зрителя сложилось впечатление длинного подземного туннеля. Фонари под сводом туннеля специально перемещали, что добавляло напряжённости к атмосфере происходящего. Режиссеру Мэтту Ривзу сообщили, что доставленные для съёмок в туннелях крысы уже снимались в фильмах франшизы «Пираты Карибского моря». Он прежде никогда не снимал животных и переживал, что не уложится в отведённые на съёмки время, однако крысы оказались послушными, а все переживания Ривза – напрасными.

Из-за наклонного пола в соответствующих сценах многим на съёмочной площадке стало нехорошо. Зрители решили, что оператор просто наклонил камеру, однако кинематографисты действительно соорудили наклонённую съёмочную площадку. Ривз впоследствии признавался, что сожалел, что не смог снять наклонённую квартиру одной из героинь таким образом, чтобы зрители сполна ощутили то, что испытывали во время съёмок актёры и члены съёмочной группы.